Воскресенье, 28.05.2017, 02:19

Мой сайт

Каталог статей

Главная » Статьи » ПРОЗА

Иван САМСОНОВ. "Ковыльная степь" Рассказы

                       Автор и его книга

             Книга создавалась на основе публикаций статей Ивана Леонтьевича Самсонова. Его называли лучшим селькором Дубовской районной газеты «Светоч», на страницах районки постоянно публиковались изумительные материалы о жизни родной степи, о любимой речушке Сал.

              Это был натуралист от Бога, который всю свою жизнь, кроме службы в армии, полыхающих лет Великой Отечественной, прожил в Восточном регионе Ростовской области.

              И.Л. Самсонов родился в семье Леонтия и Марии Самсоновых, был пятым ребёнком. Пятый и последний — отец погиб в Гражданскую, так и не увидев сына, не вернулся с фронта рядовой Красного полка. Рос Иван, не увидев своего отца.

              После окончания восьмого класса Заветинской школы предложили учительствовать в Фоминской семилетней школе Заветинского района. Работа молодого учителя была трудной. Помещение топилось кураём и кизяками , писали на грифельных досках, в лучшем случае на страницах самодельных тетрадей.

              С сентября 1940 года И. Самсонов служил в Могилёвской области в должности кавалериста 77-го Донского-Сальского казачьего полка казачьей дивизии имени Ворошилова. Боевые действия Великой Отечественной начались в городке Граево Белостокской области, сейчас это Польша. Затем отступление до самой матушки Волги, великой нашей реки.

              Самые кровопролитные бои под Сталинградом достались солдату зимой 1942–1943 года. И только в апреле 1943-го судьба дала небольшую передышку, направили на офицерские курсы. Шесть месяцев курсантских окончились быстро, в сентябре вновь испечённый младший  лейтенант  был  назначен  взводным.  Пулемётный взвод 14-й гвардейской миномётной бригады защищал фланги подразделений, обеспечивал огневую поддержку наступающей пехоте, прикрывал самые опасные секторы обороны, при этом всегда был лакомой мишенью для немецких артиллеристов.

              Попал Иван в самое пекло фронтовой жизни. В атаке врукопашную был на волоске от смерти, немец кинжалом полоснул по спине. Выручила шинель, знаменитое русское обмундирование, скатка не дала проникнуть лезвию. Этот клинок Иван Леонтьевич после войны привёз домой.

              И.Л. Самсонов освобождал Ростов, Таганрог, Мелитополь, Перекоп, Каховку. В составе 4-го Украинского фронта воевал на берегах Чёрного моря. Здесь в ноябре 1943 года получил ранение в ногу. До февраля лечился в эвакогоспитале, который дислоцировался в украинском городе Макеевка.

              Потом новые берега, на этот раз Балтийского моря. Опять командир пулемётного взвода, в августе 1944 года присвоено звание лейтенант. В конце войны учительский навык стал востребованным, кроме того, сказался боевой опыт, И.Л. Самсонов был назначен командиром учебного пулемётного взвода 197-го стрелкового полка 28-й армии.

              В сентябре 1944 года была вручена медаль «За боевые заслуги». За успехи в боях в составе 3-го Белорусского фронта И.Л. Самсонова наградили медалью «За взятие Кенигсберга». А дальше боевые действия на землях Восточной Пруссии, Польши и венец ратного труда — логово врага Берлин. Боец был награждён медалями «За взятие Берлина» и «За победу над Германией». Войну окончил гвардии старшим лейтенантом. Прошёл пять фронтов — Западный, Сталинградский, Южный, 4-й Украинский и 3-й Белорусский.

              Страшные беды принесла война, у Ивана Леонтьевича погибли два брата, преждевременно ушла из жизни сестра. Шесть лет отдано армии, из них четыре года Великой войны. Неумолимо тянуло на родину, в Сальские степи. Летом 1946 года прошёл по хутору Гурееву бывший фронтовик (хотя бывших фронтовиков не бывает, это звание навсегда). Сюда получил назначение принять начальную школу, был назначен на должность заведующего.

              В хуторе всего одна улица, деревянные казачьи дома, после разрушительной войны в каждом ютились 3–4 семьи. Познакомился с новым местом работы, школа тоже деревянная, две классных комнаты и комнатушка для учителей. Писали чернилами, у кого из печной сажи, у кого из марганца, из бузины. Учебников было мало, поэтому приходилось передавать из рук в руки или переписывать задания, а то и читать группами.

              Много тёплых слов было сказано в его адрес выпускниками тех лет. В их памяти Иван Леонтьевич остался добрым и по-фронтовому требовательным, мудрым, увлечённым, преданным своей профессии. И.Л. Самсонов уделял огромное внимание всестороннему развитию ребят, устроил работу драматического кружка, походы на природу стали школой познания окружающего мира. Он пленял учеников увлечённостью, глубокими знаниями человеческой натуры, искренно любил детей, многое делал, чтобы они были дружными и заботливыми друг к другу.

              Учитель неоднократно избирался депутатом сельского Совета. Ещё в 1978 году предупреждал Иван Леонтьевич об опасности уничтожения Сала. Как в воду глядел — в первом десятилетии XXI века река превратилась в цепь небольших озёр, забита илом  камышом, летом высыхает на протяжении многих сотен метров.

              Женился на красавице-казачке из хутора Кудинова Топорковой Марии. Родились четыре дочки. В семье детям с малых лет прививали любовь и уважение к труду педагога.

              И.Л. Самсонов основатель учительской династии. Жена, все его дочери Людмила, Надежда, Алевтина, Ирина и четыре зятя — из учительской когорты. Всего в родословной Самсоновых насчитывается 15 учителей.

              400 лет в педагогике — такой общий трудовой стаж династии, основанной Иваном Леонтьевичем Самсоновым в далёкие сороковые годы в хуторе Гурееве.

                                                                                  В. Дронов

                                              ПРОБУЖДЕНИЕ

Март — первый весенний месяц. По-весеннему высокое небо, солнце шлёт на землю живительные лучи, по которым изголодались за зиму и люди, и животные. Посмотрите, как блаженно, прижмурив глаза, развалился на солнцепёке кот, как доволен пёс, вот он лежит, откинув хвост, изредка моргая глазами, коровы попеременно подставляют солнцу свои бока, нежатся под тёплыми лучами овцы.

Всё живое радуется весне. Очнулись от зимней спячки насекомые, проснулись после полугодового лежания суслики, но особую радость принёс этот месяц пернатым. Пробудилась жизнь в бабочках. Вот она небольшим чёрным треугольником лежит на траве, крылья ещё не слушаются, взял её на ладонь, лежит, как мёртвая, но, когда подбросил, полетела!

В нынешнем, 1978 году, март в нашем районе был по-настоящему весенним. Было время, когда ранней весной на земле лежит снег, реки закованы в ледовый панцирь, гремит под ногами мёрзлая земля. В этом году температура днём всегда выше нуля, в отдельные дни достигала плюс 16–17 градусов, кучевые облака появились до восьмого марта.

В первых числах месяца можно было видеть грачей, расхаживающих по пашне, просёлочным дорогам. Неустанно кланяются на своих тонких ножках в густых и широких штанах. Вот грач подошёл к вороной щеголихе, сделал реверанс, царапая землю кончиком опущенного крыла.

Первый жаворонок пропел в небесной голубизне. Уже девятого дружной стаей прилетели скворцы, их голоса влились в озабоченное чириканье воробьев, карканье ворон, стрекотание сорок. В многоголосый наземный хор иногда вливаются с высоты звуки птиц, побывавших в дальних странах, теперь они спешат на родину, чтобы вывести потомство.

Однако перелётной птицы до 20 марта было мало, особенно водоплавающей. Сал не разлился, не заполнился вешней водой, нет её на лугах. Нет отдыха и водоплавающей птице, возможно, она возвращалась другими путями.

Поздней осенью 1977 года я был свидетелем изумительного перелёта уток на юго-восток, вероятно, в Астраханский заповедник, а затем в Ленкорань. Как радостно видеть огромное количество птиц, такое, наверное, бывает раз в столетие! Перелёт длился более двух часов, до самых сумерек. Сейчас на нашей воздушной трассе такого каравана нет.

Раскрываются почки, коричневые, с зелёными хвостиками. Разотрешь её между пальцами, и долго пахнет ароматом дерева.

К концу марта не осталось ни одного клочка снега, на реке стаял лёд. Отдохнувшая, лежит чёрная степь. На целине, в лугах появились первые всходы молодой зелени, не видной на первый взгляд. За серым кустарником, в балочках, старых канавах красуются нежные жёлтенькие цветочки наших подснежников — мать-и-мачехи. Все травы цветут, даже подорожник, и тот весь в белых бусинках.

Над пашнями и Салом с резкими пронзительными криками летают временные перелётные птицы, крупные чайки-хохотуньи. Здесь они отдыхают в ожидании весны на родном Севере, месте гнездовий. Над водой летают крачки, пересвистываются кулики, стонут тупокрылые чибисы. В гнезде сороки появились яйца. Грачи и вороны заняты постройкой гнёзд на деревьях, в которых началось сокодвижение, набухли почки.

А над полем в солнечный день звенит песня невидимого степного певца жаворонка, гимн наступившей весне. Недаром наши предки на Руси считали март Новым годом, годом нескончаемой жизни на Земле.

              ПОЛЕТЕЛА ПАУТИНА —  БАБЬЕ ЛЕТО НАСТУПИЛО

Незаметно подкралась осень. В августе дождей почти не было, так же светит и пригревает солнце, как вчера и позавчера, но днём по-прежнему жарко. И всё же солнце не жжёт, а ласково греет. Присмотритесь внимательнее к природе, увидите, что во всём произошли большие изменения. Как бы по инерции продолжает катиться лето, до первого столкновения с холодным ветром, с дождями. Хотя солнце стоит на той же  высоте, что и в начале апреля, такая же продолжительность дня, ночи стали прохладнее. Заря с зарёю не сходятся, как в июне — небо тёмное, ярче выглядят на нём звёзды, чётче обозначился Млечный Путь. Осень вступает в свои права.

Степь уже другая. Не шумят хлеба и травы, раскинулось жёлтое жнивьё, кое-где видны не стянутые копны соломы, много скирд, чернеет вспаханное поле, где пылят тракторы. Хлеборобы сеют озимые, закладывают урожай будущего года. В саду почти нет плодов, все собраны, на вишнях появились жёлтые и багровые листья. Мало в поле и на лугу осталось цветущих трав, лишь в палисадниках полыхают, буйствуют цветы, посаженные и ухоженные заботливыми руками.

Лето многие птицы проводят, разбившись на пары, а в августе начинают кучковаться. На телеграфных проводах, как бусы на нитках, вплотную друг к другу сидят ласточки. Сколько их, этих помощников в борьбе за урожай, немало вредных насекомых уничтожили наши пернатые друзья! Табунками держатся над водой, на мгновение задерживают полёт, касаются воды и на ней оставляют кружок. Издавна в наших краях ласточку нежно называют «касаточкой». Она живёт рядом, зачастую под одной крышей с человеком, строя изумительно ладное, прочное гнёздышко из грязи и соломы. Ласточки собрались вместе, прощаются с родными краями до будущей весны.

Много промежутков от столба до столба заняла эта стая. Следующий пролёт занимают городские ласточки, мало чем отличаются они от деревенской, разве что у деревенской тёмно-красный галстучек, у городской белый. Да и постройкой гнезда: у деревенской оно представляет собой четвертушку шара с открытым верхом, в котором сидят птенцы, хитро привязанные конским волосом, чтобы не выпадали из гнезда. У городской ласточки верх гнезда закрыт, соединен с карнизом деревянного или кирпичного здания, в гнёздышке только одно отверстие — леток.

Сидят на проводах и ласточки, которые живут на крутых склонах круч. Они поменьше деревенских и городских, с коротким подстриженным хвостиком. Покинули обрывистые, крутые берега, где вырыты норы-гнездовья, прилетели попрощаться с людьми.

Хоть птиц много, нет того весёлого щебетанья, грустно расставаться с родиной. Это последняя неделя пребывания в нашей степи, впереди трудная дорога на многие тысячи километров. Весной, вернувшись на родину, будут целую неделю веселым чириканьем рассказывать на своем птичьем языке о жизни вдали от родных мест.

Скворцы собрались в огромные стаи-тучи. Когда пролетает такое количество птиц, стоит шум, напоминающий ураган. Розового скворца уже нет, улетел, хотя совсем недавно, в пору созревания плодов, надоедал садовникам. В нашей местности эта птица появилась совсем недавно, лет восемь назад. Прилетает розовый скворец не каждый год, а коль прилетел — знай, урожай на фрукты будет.

Нет соловья, позже всех птиц прилетает к нам, раньше всех улетает. Во второй декаде августа иногда посчастливится услышать прощальную трель соловушки, звонкий, мелодичный перелив иволги. В саду всю ночь льются волнами песни маленького чёрного «скрипача» — сверчка.

На полях ещё слышны крики перепелов. У них бывает два выводка молоди. И страстные петушки, состязаясь, спешат на еле слышный человеческим ухом призыв перепёлок.

Вчера в прозрачно-синем небе были слышны трубные крики журавлей. Они ещё не сбились в стаи, летают семьями над родными скошенными полями, родители тренируют детей для дальнего перелёта. Не увидишь в степи суслика, зато появилась масса мышевидных грызунов, два урожайных лета подряд создали благоприятные условия для их размножения.

По ночам на реке не слышно лягушиного концерта, который всего несколько дней назад волнами носился над водной гладью затихшей реки Сал. Не раздается гулкое эхо водяного бугая, выпи — мрачной, скрытной птицы. По лугам по-прежнему пролетают чибисы, как и летом, спрашивая тревожным голосом, «чьи вы?» Не звенит над степью песня жаворонка.              

Лето катится с горки. Скошены, обмолочены хлеба. Работ крестьянину ещё много, зерно лежит на токах, не заскирдованы грубые корма, не скошена кукуруза, не заложен в ямы силос. Сентябрь — первый осенний месяц. В нашей местности погода нередко бывает даже лучшей, чем в душном августе, сегодня есть ласковость весны, теплота лета и щедрость осени. Сквозь туман и облака солнце с утра медленно пробивает путь. К обеду на небе барашки белые, кудрявые на голубом поле, этот день пройдёт без дождя.

Убраны с полей зерновые, идёт уборка кукурузы, на огородах копают картофель, свёклу, морковь. Продолжают набираться соком иссиня-зелёные кочаны поздней капусты, идёт сбор винограда в виноградниках, в садах — поздних сортов яблок, тёрна.

                    Есть в осени первоначальной

                    Короткая, но дивная пора:

                    Весь день стоит, как бы хрустальный

                    И лучезарны вечера!..

Эти строчки Ф. Тютчева удивительно верно рисуют картину погожего солнечного дня, когда в прозрачном воздухе чётко вырисовываются дали, распахнуты просторные, почти опустевшие поля, на некоторых клетках зеленеют малахитом озимые, посеянные месяц назад под благодатные тёплые дожди. Рядом виднеются лесополосы, одетые в жёлтый убор осенней листвы. Всё освещено мягким светом сентябрьского солнца.

Сады кажутся ещё зелёными. Присмотритесь, увидите то тут, то там одиночные, а то группками, жёлтые, багряные листья. Подует ветер, увядшие листья сорвутся с ветки, закружатся в воздухе, как рой золотистых бабочек.

Почему ежегодно увядают листья, меняют свою зелёную окраску на жёлтую и красную? Ещё нет холодов, не было ни одного заморозка, только по утрам стало прохладно. Дело, конечно, не в понижении температуры в сентябре. Если взять наше лиственное деревце, посадить в кадку и хранить, как комнатное растение, то оно всё равно к осени сбросит листву.

За миллионы лет существования растения приноровились к этим условиям, сбрасывание кроны одна из форм приспособления. Листья испаряют большое количество влаги, а зимой приток влаги из почвы почти прекращается. Кроме того, в листьях накапливаются постепенно, в течение всего лета, вредные вещества, осенью растение освобождается от них, сбрасывая листву.

В листе растения есть сложнейшая фабрика по производству органического вещества — хлорофилла зелёного цвета. Благодаря нему, мы имеем многообразные зёрна хлебных злаков, плоды любых растений, овощи, фрукты. Летом хлорофилл постоянно разрушается и вновь образуется. Кроме него в листе есть другие красящие вещества, пигменты жёлтого, оранжевого цвета. Летом они незаметны, так как их «затемняет» более интенсивная окраска зелёного цвета. Но вот хлорофилл выполнил свою задачу, произвел плоды — злаки, фрукты, овощи. Он отмирает, ликвидируется зелёная окраска, начинают выявляться другие цвета.

Желтеют хлеба, на деревьях багровеют и краснеют листья, придавая особую красивую окраску в саду, лесу и полях. За этот цвет первую половину осени называют «золотой».

Не все растения одновременно отмирают или замедляют жизнедеятельность, некоторые из них зеленеют и цветут до самых морозов. Посмотрите на поле! Серая щетина жнивья, вдруг среди скошенных стеблей появляется нарядный, пёстрый цветок — полевые анютины глазки, дальше дымчато-серые пушистые головки полевого клевера «котики», виднеются невзрачные белые цветочки торицы, розовая кисточка зубчатки. Откуда они взялись? Находились здесь всё лето, ютились внизу, у самой земли, скрытые от лучей солнца густой порослью хлебов, в тенистом сумраке росли, развивались очень медленно. К осени хлеба скошены, растеньица получили доступ к солнцу, некоторые зацветают второй раз. 

Иногда осенью в низинах по-весеннему ярко желтеют крупные пятна калужницы, на лугах появляется «кукушкин цвет», всё лето цветёт паслён, в палисадниках до самых морозов распустились многие культивируемые человеком цветы. Повторное цветение наблюдается иногда на яблонях и вишнях.

Хорошо погожим солнечным днём побывать в лугах, далеко видно кругом. В воздухе проносятся серебристые нити паутины. «Полетела паутина, бабье лето наступило» — говорят в народе. Откуда взялось столько летающей паутины? Она цепляется за деревья, за ветки кустов, за верхушки травянистых стеблей. Поймайте и рассмотрите: на них крохотный, недавно явившийся на свет паучок, так он расселяется подальше от родительских мест.

Заберётся такой путешественник на вершину стебля или куста, начинает выпускать тенета. Подхватит паутинку ветерок, в сторону отнесёт, а паучок всё длиннее и длиннее свою нить отпускает. Вот он вместе с паутиной пустился в воздушное странствие, зацепится за что-нибудь, там путешественник и приземлится. Заберётся в какую-нибудь щель, останется в ней зимовать, весной выберется из убежища, начнёт охотиться за добычей.

Осенью готовятся к зиме и растения, и насекомые, и птицы. Суслик, ожирев, залёг в спячку. На зиму запасаются кормами вредители полей, огородов —  полевые мыши, хомяки.

Перелётные птицы собираются в стаи, некоторые улетели. Первыми покинули наши места стрижи, самые характерные представители воздушной среды обитания. Весь день носились они высоко в воздухе, хватая насекомых. В конце августа или в начале сентября пронеслись стрижи в теплые края, за ними пролетели городские ласточки.

Ласточки охотятся у самой земли, выше воздух стал прохладнее, поэтому туда не залетают насекомые. Наша деревенская ласточка «касатка» в этом году унеслась на 10–14 дней позднее. Летают стаями скворцы, грачи, эти улетят позднее, готовятся к перелёту журавли.

Недалеко время мелких, нудных осенних дождей, ночных заморозков. Тогда в тишине мы услышим прощальные крики улетающей птицы.   

Помню, как в 1928 году в нашу Новобеляевскую начальную школу привезли громадную кость какого-то животного. Её нашли в ярах реки Сал после весеннего половодья. Собрались ученики, пришли мужики. Единственный в школе учитель Терехов рассказывал о каких-то мамонтах, живших в далёкие-далёкие времена, говорил, что когда-то здесь было море, затем леса. Что уголь образовался из деревьев. Бродили по нашей земле громадные звери — мамонты, львы, медведи. Молча слушали преподавателя, и верили, и не верили.

Когда шли домой, дед Фёдор сказал: «Не верь, Ванька, этим басням учителя. Бог создал землю и всю живность, и какой она была, то и будет. У нас степь, никакого дна моря, никаких лесов здесь не было. Есть полынь, лебеда, разные травы. А в степи самый крупный зверь — бирюк».

Миновали годы, более шестидесяти лет с той поры, не стало многих животных, обитавших раньше в ковыльной степи, сама степь перестала быть ковыльной. Последние десятилетия не гнездится самая крупная степная птица дрофа (дудак), её не видно на перелёте ни весной, ни осенью. Лет 30–40 назад большие стаи красивых птиц паслись на убранных полях до глубокой осени.

Мать рассказывала, как один казак станицы Атаманской осенью во время гололёда верхом пригнал в станицу и загнал на баз 27 дроф. Перья дрофы, лишённые жировой смазки, во время гололедицы смерзаются. Атаман тогда поступил мудро, пересчитал птиц, приказал загнать в сарай. Дал время обсохнуть, потом выпустил, не разрешив убить ни одной. Когда все птицы поднялись на крыло и улетели, сказал: «Теперь стреляйте!»

Редко-редко стали гнездиться коренные жители степи — стрепеты, сколько их было! Во время сенокоса часто попадали под косы лобогреек.

Нечасто встретишь журавля, тревожное курлыканье которого заставляет поднимать голову к небесам, любоваться лёгким, красивым полётом этой могучей птицы.

Перестал быть постоянным обитателем нашей местности степной орёл, самая крупная хищная птица.

Не устраивает логовищ в степи гроза домашних животных волк, которым раньше пугали маленьких детей. Своими набегами волки причиняли большие убытки животноводству.

Появились новые животные, ранее не жившие в нашей степи. Некоторых из них, приносящих пользу или доход, расселил человек, другие непрошеным гостем явились сами.

В 1950 году меня позвал сосед табунщик И.С. Быкадоров: «Смотри, какого зверя привёз. Нашёл около скирды сена». На дворе стоял сильный мороз. Табунщик внёс зверька в комнату, положил перед печкой. Пока отогревался сам хозяин, отогрелся и зашевелился зверёк, это был уссурийский енот, выпущенный человеком для расселения по Дону и Салу. Он прижился в степи, хотя и не стал многочисленным. Летом тяготеет к реке, обитает в береговых зарослях камыша, чакана, куги, охотясь на лягушек, разоряя гнёзда птиц. Зимой одевается в ценный мех, охотится на мелких грызунов, в сильные морозы впадает в спячку.

Многочисленней стал второй ценный зверёк ондатра. Завезённый из Америки около 60 лет назад, он хорошо прижился и распространился по рекам нашей страны, в том числе по Дону и Салу.

Из птиц в последние 10 лет появилась кольчатая горлинка, она здесь гнездится, на зиму не улетает.

Стала постоянным жителем другая птица, майна или розовый скворец, поздно прилетает, рано улетает, как только в садах кончатся фрукты. Появившись позднее всех в мае, розовый скворец гнездится не в скворечниках или дуплах, как обыкновенный скворец, а колониями, прямо на земле, между досками, дровами, кирпичами, камнями, гнездо к гнезду безо всяких хитросплетений и подстилок. Во время выкармливания птенцов уничтожает массу насекомых, но когда молодежь поднимется на крыло, стая становится бичом в саду.

Выводит майна своих птенцов к моменту созревания черешни и вишни. Недели две кормят родители своих птенцов насекомыми, потом птенцы, ещё плохо летая, перебираются в сады. Взрослые рябые, похожие  на сороку, крылья чёрные, грудь белая с розовым оттенком, молодые серенькие. В кронах деревьев возникает несмолкаемый гвалт, оглушительное стрекотание сотен этих прожорливых птиц. Старые приучают молодёжь самостоятельно питаться, срывают спелые плоды черешни, вишни, тютины, суют в рот громко орущему, трепещущему крыльями птенцу. Если старые птицы боятся крика или звона, то молодых ничто не страшит, их можно только сковырнуть с дерева.

Многочисленная орава становится бичом плодовых, пернатые съедают все зрелые и мягкие плоды. Под деревьями валяются только косточки вишен, слив, огрызки груш и яблок. Эта птица появилась совсем недавно, да и то поселилась не по всем селам и хуторам.

Миллионы лет живут на земле злейшие грызуны, уничтожающие продукты и посевы — крысы. В нашей стране сначала они обитали в портовых городах, потом переселились в другие города и села, расположенные близ железных дорог, теперь проникли в самые отдаленные уголки. В нашем хуторе они появились в шестидесятые годы, крысы были завезены или со строительными материалами, или с комбикормами.

С конца двадцатых годов перестала делать опустошительные налёты на нашу степь саранча. Это был грозный, беспощадный враг всего растущего. Страх охватывал людей перед надвигающейся тёмной тучей, не помогали ни иконы святых заступников, ни стук и звон в ведра, в тазы, ни вода, ни огонь. Чёрная, безжизненная полоса степи, чёрный камыш в реке, чёрные соломенные крыши домов и надворных построек оставались после нашествия вредителя. В годы советской власти борьбу с саранчой взяла на себя авиация и успешно справилась с этой задачей.

Появился новый заокеанский непрошеный гость, опасный враг картофеля и других паслёновых культур — колорадский жук, который давно попал в Западную Европу из Америки. Наш «зелёный патруль» долго держал жука на границе, но в шестидесятые годы сильными потоками воздуха он был перенесён через государственную границу, с тех пор подался шествовать по нашей стране и достиг территории Средней Азии. Предстоит трудная и упорная борьба с этим вредителем.

Примеров изменения животного мира много. Наша степь была родиной единственной в мире антилопы-сайги. В результате беспощадного уничтожения сайгак оказался на грани исчезновения, его спасло создание Астраханского заповедника, утверждённого и подписанного В.И. Лениным в первые годы после революции. Этот уникальный вид животного сохранён, размножился и расселён в различных местах нашей Родины. У людей старшего поколения остались в памяти 1955–1956 годы, когда с Востока на степи нашего района двинулись тысячные стада сайгаков. Благодаря принятым государством мерам, угроза посевам была ликвидирована.

В настоящее время в ранг государственной важности поставлен Закон об охране природы. Долг каждого человека чутко относиться к животному и растительному миру, ко всей окружающей среде.

                                  ЛИСА–ПАТРИКЕЕВНА

Лиса красивый, ловкий зверь изворотливый, хитрый, пронырливый хищник. Она обитает не только в нашей степи, но и во всех климатических зонах страны. В течение тысячелетий выработали лисы эти качества, для того чтобы спасать свою ценную шкуру.

Мы с детства любим героиню сказок о животных, где её величают «кумушкой», «Патрикеевной». С кумушкой понятно, значит, готова со всеми сродниться, быть близкой знакомой, чтобы всех объегоривать. А вот с Патрикеевной — не каждый знает. Оказывается, правил когда-то Новгородским княжеством Патрикей, был удивительно хитрым, изворотливым, чем и прославился в народе. С тех пор ему подобных стали называть Патрикеевич, да Патрикеевна. Крепче крепкого имя прилепилось к лисе, и не зря пристало.

Все зовут лисицу рыжей, это верно, но лишь отчасти. Живот у неё белый, серый или буроватый, грудь всегда светлая. Спина и бока окрашены по-разному. Приходилось ли ехать по снежному полю не на машине, а на лошади и санях? Белая скатерть снега, простроченная кое-где следами зверей и птиц, размашистые, на первый взгляд, безалаберные следы зайцев, крестики — ворон, истолчённые бугорки, где росла летом лебеда, — куропаток. Бегут ровные-ровные строчки, следы лисиц.

Вот она сама! Полюбуйтесь, как танцует, то взовьётся вверх, то прыгнет в снег головой. Постоит, послушает, держа хвост трубой, опять взовьется, это она мышкует. Здесь был обронен валок соломы, устроили гнездо мыши-полёвки. Целый день неутомимо ищет добычу лиса, чтобы насытиться, ей нужно штук 40–50 полёвок ежедневно.

Я назвал хвост лисицы «трубой», так он именуется на охотничьем жаргоне, волчий хвост зовут «поленом», заячий «цветком». Удивительно, что лиса не боится человека без ружья, может подпускать метров на 200, не обращая, будто кажется, внимания. Но попробуйте появиться с ружьем или собакой, сбежит сразу. Откуда такое чутьё у лис, а из птиц у ворон? Как они отличают на довольно большом расстоянии палку от ружья? Это загадка.

Представим охотничью засаду. Лунная ночь, снежное поле. Вы прячетесь ещё засветло в скирде, тщательно замаскировавшись. К сену бегут зайцы, тоже не сразу, остерегаясь, осматриваясь, изучая место кормёжки, то подбежит косой, то пустится прочь. А лиса? Сколько кругов сделает вокруг приманки, и всё-таки уйдёт. На скотомогильнике всегда можно видеть пиршества ворон, корсаков, лисиц. Но попробуйте прийти в засаду и дождаться лисицу. Корсак глуп, идёт напролом, а лису не дождётесь, ходит вокруг, но вне выстрела. Лишь поутру по следам можно узнать, что лисы были.

Однажды в июне, дождавшись, наконец, каникул, сидел на берегу речки. Погода была прекрасная, тишина, жара возле реки особенно не ощущается, только донимают назойливые мухи. Поплавок удочки неподвижно лежит на водной глади. «Июнь — на рыбалку плюнь», — подумалось мне. Уже собирался уходить, как вдруг на противоположном берегу суматошно закричала утка. Она вспорхнула, изображая себя раненой, метнулась по кустам, вслед огненной стрелой промчалась лиса! Не рассчитала утка своих лётных возможностей и затихла в острых зубах.

Финала этой короткой схватки, из-за высоких кустов осоки, я не наблюдал. Увидел высоко на обрыве лису с птицей, ещё трепещущей крыльями. Хищница положила утку, смотрела на меня, орущего и бьющего удилищем по воде, словно говорила: «Чего взъярился, парень, законная добыча…»  Оставив утку наверху, не спеша опустилась к берегу, стала рыться в зарослях, в одном из кустов увидел мельтешащий хвост.

На следующий день перешёл через плотину на другой берег и увидел, что в кусте было гнездо утки, остались одни скорлупки. Лиса сожрала яйца с вот-вот готовыми утятами, а утку понесла своим быстро растущим щенкам. Видимо, они давно знакомы с утятиной. Утки и лисы заводят потомство в апреле–мае. Стало быть, лиса выслеживала всё время эту добычу, пока не съела, считая, что пользы от неё уже не будет.

Лисица великолепный охотник, сообразительный, с хорошо развитой зрительной памятью. Нужно уметь прокормить своё потомство, у лисы бывает от четырёх до десяти щенят. Тут мышками не отделаешься, нужна пища посолиднее.

Вспоминаю, как однажды купались в реке. Солнце клонилось к горизонту, домашние гуси собирались отправляться домой. Вдруг наш шум покрыл неестественный гогот гусей, то был душераздирающий крик, призыв. Когда подбежали на помощь, увидели белое от пуха и пера поле. Двадцать семь гусят было убито, они уже оперились, однако не научились, как следует, летать. Так лисица учила своих деток охотничьим премудростям.

Поэтому в ряде стран лису уничтожают, считая, что прекрасную лисью шкуру слишком дорого выращивать на зайцах, фазанах, куропатках. Подсчитано, что лиса за год съедает около 40 зайцев, больше сотни куропаток. Наряду с огромной пользой — уничтожение мышей и полёвок — лиса имеет отрицательные черты. Она является распространителем бешенства. Однако держать лисицу вне закона тоже нельзя, нужно охотой строго контролировать её численность.

                                                  КОРСАК

 Был конец апреля. Земля покрылась нежно-зелёной невысокой травой, лишь в самой низине балки, где дольше всего бежала с бугра снеговая вода, среди почерневших комков перекати-поля поднялись высокие листья осоки и пырея.

 Здесь, у самой кромки балки, среди обломанных прошлогодних стеблей осота, ночью начала копать нору маленькая степная лисичка. Свежевырытая глинистая земля красновато-рыжим бугорком выделялась среди зелени. Зверёк сталкивал глину в балку, чтобы не было видно бугорка, использовал инстинктивные привычки, выработанные тысячелетиями. Четыре ночи продолжалась работа, запасной выход незаметно сделан под кустом татарника.

Потом корсачка целых три дня не показывалась из норы… Она нежила, облизывала шерсть комочков-детёнышей, ещё слепых, тупомордых, совсем не похожих на пушистого красивого зверя. Они приникли к соскам, раздутые, как барабаны, лежали рядом с матерью. На четвёртый день, исхудавшая, с облезшим мехом, вырванным на животе и с боков для подстилки детёнышам, корсачка вышла из норы. Поднималось майское солнце, начали свою работу суслики. С жадностью голодного зверя лисичка съела нескольких этих грызунов, двоих захватила в нору.

Быстро росли дети. На десятый день прорезались глаза, стали торчком ушки, щенки стали походить на маленьких корсаков, только хвосты ещё не те. Всё чаще уходила мать на поиски добычи, однако молока не хватало. Однажды принесла в нору суслика, разорвала его, не давая себя сосать, приучая детей к мясу. Корсачата, тихо урча, принялись за суслика, в них просыпался хищник.

 На третью неделю лисичка решила вывести своё потомство из норы. Утром она принесла стрепётку, втащила в логово. Лисята радостно бросились к добыче, не тут-то было, корсачка двигалась задом на выход, держа перед ними добычу. Один, самый смелый, выскочил из норы, схватил птицу за крыло, хотел утащить, но мать придержала лапой. Смельчак стал теребить стрепётку, один за другим на неё бросились остальные детёныши.

 Опять спрятались, они привыкли к темноте, потом вышли, сгрудились, жмуря глаза, у выхода. То одна, то другая мордочка высовывалась из норы, опять пряталась. Страшно! После этого лисята узнали, что жизнь их не в земле, а под синим небом, где так много интересного. Играли около норы, но далеко отходить боялись, тем более, что самим поймать добычу было не под силу.

 Корсачка извелась, нужно было прокормить себя и шестерых детей, днём и ночью, рискуя жизнью, она рыскала в поисках пищи. На севере от своей норы не раз видела небольшой прудок, на котором плавали утки, но там люди и собаки. На животе подползла к берегу, здесь не было высокой растительности, всё вытоптано овцами. Утки выходили из воды, за ними крупные, почти оперившиеся утята. Инстинкт охотника не удержал её, мгновение, и в зубах жирный утёнок. Остальные утки подняли гвалт, как горох из порванного мешка, сыпанули в разные стороны. Первым увидел зверька сторожевой пёс-полуовчарка, с громоподобным лаем ринулся за корсачкой, всполошились другие собаки.

 Казалось, что судьба степной лисички решена. Она молниеносно металась среди собак, вот стрелой мчится по прямой, миг — и поворот на 180 градусов, бежит назад или под прямым углом, где нет опасности. Лисичка не хотела показывать свою нору. Она измотала трёх псов, высунув языки, собаки ложились на землю, лизали зелёную траву.

 Худо стало, когда прибежали люди: опять поднялись собаки. Целый час погоня трёх собак и двух человек заставила совсем измождённую лисичку заскочить в свою нору. Дети требовали еды, а вокруг убежища с высунутыми языками лежали собаки. Люди разговаривали, курили, псы рычали, рвались раскапывать нору, но ничего у них не вышло в поздний час.

 Голодная, уставшая, корсачка провела ночь со скулившими щенками, чуть свет отправилась на охоту. Утром два человека с лопатами и собакой пришли к норе. Рыли долго, около двух часов, наконец, увидели комком сжавшихся корсачат. Удар лопатой! Оскаленные зубки — защитная реакция… Три лисёнка кинулись бежать, но собака волчьей хваткой впивалась им в загривки, встряхивала и кидала в сторону. Люди бросили всех шестерых на дне балки, слегка прикинув землёй.

 Через час явилась мать, неся в зубах двух сусликов. Она не узнавала своей норы, медленно, ползком подкралась к гнезду, подняла голову, чутко принюхалась, пахло человеком, собакой. Где же дети? Корсачка ринулась к развороченной норе — пусто. Несколько раз обежала вокруг, тихонько тявкнула. Наконец, нашла в балке, разрыла... Каждого брала в зубы, лизала. Вдруг у одного почувствовалась жизнь, был ещё тёплым, редко дышал.

 Новую неглубокую нору выкопала в воронке старого степного колодца. Два дня лисичка не отходила от оставшегося в живых щенка, лизала и тормошила, тот тихонько стонал, корсачка подсовывала набрякшие соски. С молоком матери к корсачонку медленно возвращалась жизнь.

 Сколько было радости, когда он поднялся на ноги, как-то боком двинулся к выходу, на солнце. Мать в изобилии приносила пищу, лисёнок рос, играл, прыгал. Бегал странно, бочком, неправильно сросшаяся нога нарушала гармоничную пропорцию стройного зверя. Всё равно он мирился с уродством, быстро носился, юрко маневрировал в игре с матерью, потом вместе ходили на охоту.

 Осенью они разлучились. Молодой корсак обосновался в скирде соломы, приготовился к зиме, тело покрыла густая, пышная серебристая  шуба. По ночам к нему прибегали другие лисы. В октябре неожиданно выпал снег, как чистый лист бумаги, он запечатлел каждое движение зверей. Вот строгие строчки следов подруги, а вот… его левая задняя лапа косила, не попадая в след.     Но это не мешало ему радоваться жизни.

                               СУСЛИК — СТЕПНОЙ ЖИТЕЛЬ

 Вот кто приспособлен к жизни в открытой степи — суслик! Этого животного нет в других природных зонах, только ковыльная степь его вотчина. Иные виды совсем исчезли с лица Земли, другие на грани вымирания. Суслик, имея массу врагов в природе — лисиц, корсаков, хорей, ласок, орлов, коршунов, луней продолжает жить. Суслик злейший враг посевов, лугов, стало быть, и человека, с ним люди ведут борьбу на протяжении многих веков.

 Засуха и суслик были бичами земледельца в нашей степи. Ещё несколько десятков лет назад жалкую картину представляли посевы на мелко вспаханной земле. Загоны с краю оголены метров на пятьдесят, идёшь по посеву и видишь частые проплешины. Вот суслиная нора, вокруг голо, когда зерновые выходили в трубку, суслик высасывал, суслил питательные соки злаков, а когда появлялся колос, срезал стебли и поедал зерно. Возле логова всегда ворох половы, пустых колосьев. На отдельных полях вредитель уничтожал третью часть посевов.

Помню, как в коммуне в конце 20-х и в начале 30-х годов, мы, школьники, вели борьбу с сусликами на посевах и близ делянок. Капканчиков тогда не имелось, единственным средством борьбы была вода. Бочки с водой на волах везли по полю, мы вёдрами выливали сусликов, чем в какой-то мере сохраняли урожай. Суслик к тому же опасный распространитель страшной болезни чумы. До войны в каждом восточном районе тогдашнего Азово-Черноморского края были организованы специальные ПЧП (противочумные пункты). Из-за этой напасти из нашего района несколько лет даже не было призыва молодёжи в ряды Красной Армии.

 На борьбу с сусликом была брошена химия. Вся ШКМ (школа крестьянской молодёжи) выходила в степь с лопатами и бутылками. Становились цепью, двигались по степи, всхолмлённой многовековыми бугорками, нарытыми сусликами. В каждую нору опускался катыш пакли, смоченной хлорпикрином, после этого убежище закапывалось. После войны началось массовое производство капканчиков. Были организованы специальные бригады по борьбе с сусликами. Заготовители оплачивали шкурку, колхоз или совхоз платил деньгами за каждого уничтоженного вредителя. Аптеки принимали суслиный жир.

 В обязательства каждого пионерского отряда и дружины вносились пункты о борьбе с сусликами, пионеры соревновались, кто их больше уничтожит. Наконец, в последние годы на борьбу была брошена авиация, самолёты разбрасывали отравленное зерно по площадям, занятым посевам, к местам большого скопления сусликов.

 В этой борьбе наряду с положительным эффектом была негативная сторона: уничтожались мелкие певчие птички, куропатки, стрепеты, журавли, зайцы. Данные меры, а также глубокая машинная обработка полей, хороший уход за посевами, дали видимый результат — суслик почти полностью уничтожен.

 Но на целинных землях сусликов ещё много. Стоит только года на 2–3 прекратить борьбу, как они опять размножаются в огромном количестве. Удивительная приспособленность! Зверёк имеет цилиндрическое тело, похожее на малый снаряд. Короткие крепкие ноги прекрасно приспособлены для рытья земли и сравнительно быстрого бега. Юркий, изворотливый, выпуклые глаза прекрасно видят опасность, как на земле, так и с воздуха. Наблюдатель становится на задние лапы и хвост, долго может стоять столбиком. Резкий свист сторожа служит сигналом опасности для других.

Окраска меха покровительственная, под цвет нашей серой, землековыльной степи, высохшей травы, спелых хлебов, жнивья. Хотя суслик живёт недолго, два–три года, благодаря его плодовитости количество увеличивается быстро, самка за короткий период бодрствования успевает принести три помёта по шесть-восемь детёнышей. Первое поколение, появившееся в марте или апреле, успевает в этом же году давать потомство.

Суслик надолго залегает в спячку, на 6–8 месяцев в году, и не холода заставляют его спать, взрослый самец залегает в июле, в августе, когда до стужи ещё далеко. Отдельные экземпляры позднышей бодрствуют до октября, набирая достаточное количество жира, необходимого для долгой спячки. Суслик запасов кормов на зиму не делает, перед залеганием сильно жиреет, этого запаса хватает на долгие месяцы осени и зимы, жизненные процессы в спячке протекают медленно.

Ранней весной, в марте, иногда в конце февраля, как только появятся первые проталины ещё мокрой земли с нежной зелёной травкой, пушистый зверёк оживает, начинает бодрствовать. Его следы можно видеть на снегу. Степной обитатель не нуждается в воде, довольствуясь соком растений. Он хорошо плавает, такая река, как наш Сал, не является препятствием для его расселения.

 Суслик несомненный враг земледельца, но полностью его уничтожать нельзя, так как занимает видное звено в экологической цепи. Он служит пищей для многих зверей и птиц, с гибелью сусликов нарушится баланс в природе. Задача человека держать «в узде» его численность.

 В тяжкие времена народных бедствий, годы голода (1921, 1933), во время Великой Отечественной войны, в первые послевоенные годы суслик спас жизнь многих людей. В нашей степной зоне люди не ели кошек и собак, а вот суслика — приходилось. И за эти тысячи спасенных человеческих жизней от страшной голодной смерти великое спасибо суслику, лебеде, крапиве и ракам.

                        ЗАЯЦ  ПО  КЛИЧКЕ  «МЕХАНИЗАТОР»

 Мы находились возле мастерской первой фермы совхоза «Восточный». На площадках стояли агрегатированные сеялки, сцепки борон.

 — Всё готово к весенне-полевым работам, — говорит опытный управляющий Анатолий Андреевич Савва, — хорошо потрудились все работники фермы. Трудно было с запчастями, но всё позади, отремонтировали последний лущильник.

 Закончился рабочий день, один за другим на место стоянки возвращались трактора. Вот спрыгнул тракторист, подошёл к форкопу, взял аккуратно связанный проволокой пучок зелёной люцерны, пошёл в сторону от полевого стана. Положил свёрток, не оборачиваясь, пошёл назад, к трактору.

 — Зайцу гостинец, — улыбнулся управляющий.

 — Какому зайцу?

 —Да у нас заяц живёт уже несколько лет. Наш, зовём его «Механизатор». Давай подождём, скоро выйдет на прогулку и кормиться.

 Немного подумав, бригадир рассказал историю о том, что случилось года четыре назад.

 В конце марта рано утром я пришёл к мастерской. Стояла неустойчивая погода. Ночью морозило, дул сильный ветер, сыпалась с неба снежно–ледяная крупа, больно била по лицу. Направился к своему «Кировцу». Вдруг вижу, как совсем недалеко от трактора, в наспех вырытом углублении, безо всякой подстилки, сидят три зайчонка. Зайчата не крольчата, родятся зрячими, покрытые мехом. Дрожат, в шубки набилась снежная крупа, таращат глазёнки, ушки прижаты, сами ни с места.

 Что делать, взять домой? Но я должен был ехать в командировку. Отыскал разбитый ящик с тремя стенками, прикрыл их, обложил соломой сверху, с трёх сторон придавил железками, теперь стало уютнее. Собрались трактористы, попросил, чтобы детёнышей не трогали. Вернулся на следующий день — кубло пустое. Ребята говорят, что до вечера сидели на месте, ночью куда-то исчезли. С тех пор и живёт какой-то заяц возле мастерской, видимо, один из них остался, подрос.

 — А вот и он! — крикнул кто-то из механизаторов.

 Действительно, между сеялок мелькнула серо-белая шуба большого русака. Лавируя между инвентарём, поводя ушами-локаторами, Механизатор направился в степь. Бежал как-то рывками, прижмёт уши и припустит во весь дух, потом сделает два-три больших прыжка в сторону и перейдёт на спокойный бег.

 — Делает «скидку», — сказал управляющий, — согреется бегом и скоро принесётся сюда.

 Один из трактористов рассказал историю.

 В начале января вечером возвращаюсь с овцетоварной фермы, ещё было светло, морозило крепко. Ходко бежит «Беларусь» с пустым прицепом. Я не смотрел по сторонам, только вперёд, о чём-то задумался. Вдруг слева, под самые передние колёса, метнулось что-то серое. «Задавил!» — мелькнуло в голове. Остановил трактор, гляжу, впереди прямо к мастерской мчится наш заяц. «Почему вздумалось броситься под трактор?» — осмотрелся. Слева от дороги, метрах в 150, стоит, подняв голову, вытянув хвост трубой, лисица. Мне показалось, что глядя на сумасшедшего зайца, она облизнулась: «Хороший русачина, жирный». Плутовка застала его на озимых, хотела угнать в степь и там полакомиться.

 Но заяц нашёл выход, увидел бегущий по дороге трактор, бросился к нему, зная, что лиса не посмеет близко приблизиться к технике и человеку. А здесь он свой — «Механизатор». Я свистнул, лиса, оглядываясь, неторопливо потрусила в степь.

 За повествованием не заметили, откуда снова вывернулся заяц. Он спокойно сидел возле пучка люцерны, наслаждался вкусным душистым кормом. За мастерской, подъезжая к стану, протарахтел трактор, дрожит мерзлая земля. Зайцу за зданием не видно машины, сделал за угол несколько прыжков, встал столбиком, посмотрел на остановившийся трактор, спокойно опять поковылял к люцерне.

 Обветренные  лица трактористов посветлели, на них заиграла улыбка.

Категория: ПРОЗА | Добавил: Zenit15 (05.12.2016)
Просмотров: 502 | Теги: И Самсонов. Степь ковыльная | Рейтинг: 5.0/7
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Категории раздела
СТИХИ [221]
стихи, поэмы
ПРОЗА [160]
рассказы, миниатюры, повести с продолжением
Публицистика [88]
насущные вопросы, имеющие решающее значение в направлении текущей жизни;
Поиск
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 145
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0